Опрос политэмигрантов. Что стало последней каплей и вынудило вас уехать из России?

2000
Борис Березовский, опальный олигарх

«Я узнал, что прокуратура собирается объявить меня в федеральный розыск, осенью 2000 года, находясь во Франции.Одной из первых, с кем я посоветовался, возвращаться или нет, была вдова академика Сахарова, Елена Боннэр. Она сказала, что бороться с авторитарными режимами на свободе получается эффективнее, чем в тюрьме. Ее мнение стало для меня решающим».

 

2004
Павел Ивлев, адвокат

«Когда летом 2003-го началась атака на ЮКОС, я, как адвокат компании, наблюдал все, находясь рядом с клиентами. Спустя год ситуация стала накаляться и вокруг нашего адвокатского бюро. Сперва в офис пришла налоговая проверка, инициированная прокуратурой. Осенью 2004-го нагрянули «маски-шоу», причем обыскивали без санкции суда. Начали допрашивать сотрудников, я был с ними в качестве адвоката. На второй день следователь Ратмир Хатыпов собрался допрашивать меня. Я отметил, что это незаконно, так как я выступаю в роли адвоката, а он сказал: «Значит, будем нарушать закон» – и добавил, что, если начну уходить в несознанку, у него есть полномочия задержать меня прямо сейчас. Два раза мне объяснять не надо. Я вышел из прокуратуры, доехал до офиса, посмотрел расписание самолетов и улетел в Киев. Уже восемь лет живу в США, стал гражданином этой страны, но вернуться в Россию хочу и делаю для этого все, что от меня зависит».

 

2008
Евгений Чичваркин, бывший совладелец «Евросети»

«В какой-то момент мне показалось, что следователь чересчур настойчиво пытается вручить мне повестку. Причем до этого он был достаточно аккуратен и вел себя вполне корректно. Теперь же стал намекать, что у него есть «расширенные права», то есть некая «лицензия» на осуществление незаконных действий. Я сразу оценил уровень опасности и решил, что при таком раскладе встречаться с ним слишком рискованно. Так что отъезд был единственным выходом».

 

2009
Виталий Архангельский, президент группы OMG

«Меня предупредили, что Александр Савельев, глава банка «Санкт-Петербург», намерен любой ценой добиться подписания документов, которые были необходимы, чтобы скрыть его преступные действия. Он хотел, подкупив милицию, меня арестовать и в тюрьме надавить. Я уезжал не навсегда – без вещей, но с семьей. Думал, через несколько недель ситуация стабилизируется, я выиграю суды и вернусь. Суды выиграл, но мое возвращение для Савельева и Матвиенко было неудобным. И летом 2009 года они решили бесконечно возбуждать абсурдные уголовные дела, чтобы я никогда не смог с ними разобраться. Считаю, что при существующем феодальном режиме бизнесом в России заниматься нельзя и просто опасно для жизни».

 

2011
Юрий Моша, предприниматель

«В Новороссийске у меня был крупный бизнес – 53 объекта недвижимости. Проблемы начались, когда я создал Гражданское собрание города. Партии власти не понравилась моя политическая инициатива. Посыпались угрозы. Взорвали машину жены. Потом позвонил заместитель начальника УВД Василий Шкидюк и по-дружески предупредил, что я могу потерять все. Он оказался прав: через некоторое время на меня завели дело. В ущерб вменяли только 1 млн рублей, но арестовали все имущество на десятки миллионов долларов. Я собрал минимум вещей, уехал на неделю в Кисловодск, а оттуда через Белоруссию в Штаты. Вот так я потерял бизнес, который строил 16 лет, и родину, которую люблю».

 

2012

Максим Ефимов, блогер
«Я находился на тренинге, организованном Советом Европы в Будапеште, когда позвонил адвокат и сказал, что я объявлен в федеральный розыск. На меня завели уголовное дело по первому пункту статьи 282 УК РФ «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». Властям не понравилась моя критика в адрес церкви. Если бы я возвратился, меня просто арестовали бы, поэтому вынужден был просить убежища в Эстонии. Конечно, хочу вернуться домой и собираюсь сделать это, когда Россия станет свободной».

 

Дженни Курпен, журналист
«6 мая нас с мужем задержали на Тверской улице, где должна была состояться акция оппозиции. Собственно, она не успела начаться, поскольку сотрудники полиции стали выдавливать от перехода метро мирно собравшихся людей – без плакатов и не выкрикивающих лозунги. Потом в автозаке угрожали завести на меня уголовное дело по сфальсифицированному заявлению. Поскольку ситуация развивалась таким неадекватным образом, мне и моему мужу, активисту партии «Другая Россия», уже имеющему приговор по статье 212 УК РФ, показалось нецелесообразным дожидаться обыска и ареста. И мы уехали. Киев для нас, скорее всего, временное убежище. Мы планируем вернуться в Россию, как только во власти и в системе управления произойдут серьезные перемены, дело о «беспорядках» будет прекращено, его фигурантов оправдают, отпустят и возместят им моральный и физический ущерб».

 

Задать вопрос?

×